Вступить в меджлис
рус тат tat eng

2015.07.22. Поездка в Кариле-Нурма.

И снова работа вдогонку уже прошедших событий.

11.07.2015. Это тоже была суббота. Всего неделя прошла с тех пор, как я побывал в Агрызской деревне Салауш. А вчера, в пятницу, поехали в Казань  отвозить домой нашу внучку Кирюшку. Недельку она побыла у нас, угощалась ягодами в саду-огороде и скучала по родителям.

А уже в субботу моя душа просилась в новое путешествие. Вообще-то мне думалось осуществить его на обратном пути из Казани в Челны, но получилось так, что у Динары мы задержимся ещё на денёк-другой. И я решил не упускать возможности.

Речь идёт о поездке на север нашего Татарстана в Балтачевский район. В истории рода Давлетьяровых отложилась такая информация: среди основателей деревни Уруссу, получивших припуск,  были и выходцы из деревни Малая Нурма Кариле тож – Токтамыш и его сын Ибраш (Ибрагим). И хотя произошло это в далёком 1760 году или что-то около этого времени, то есть прошло более 250 лет, но в своей поездке я надеялся отыскать следы потомков своего легендарного предка Токтамыша. Конечно наивные надежды, но «надежды юношей питают». И не юноша я давно уже, но всё же имя моё опять повлекло меня в дорогу. Иль – Гизәр = страну пересечёт. Пересекаю.

Ещё полгода тому назад я пытался отыскать на карте это селение «Норма, Кариле тож». В биографическом своде «Асар» Ризы Фахретдина упоминаются многие известные люди – выходцы из татарских аулов Нурма и Кариле. Они отыскались совсем рядом с райцентром Балтаси – в 4 километрах восточнее. Причем было сложно разделить эти два аула, сидящие на старинной почтовой дороге из Казани в Вятку (имеется в виду современный областной город Киров), с северной стороны дороги селение называется Карелино (или Кариле по-татарски), а с южной стороны называется Норма (По-татарски оно тоже звучит несколько иначе – Нурма). «Война план покажет» подумалось мне, попытаюсь разобраться на месте.

И вот я в пути. Путь из Ореховки, где проживает семья моей дочери, не близкий. Прикинул – километров наверное на 150 потянет в один конец. Было бы попроще по пути в Челны, но так не получилось на этот раз. Да и то, что поехал один, развязывает мне руки, даёт свободу выбора или маневра по ходу событий. По автомобильной трассе «М-7» двигаюсь к развязке на Малмыж. Помню, что мост, стоящий километра за два до неё, на ремонте, вчера стояли в этой пробке, решил поискать обходной маршрут. Не доезжая до моста через железную дорогу свернул с трассы, поднырнул под неё налево и покатил в сторону станции Киндери. Пусть и не совсем удачно, прищлось проехать километров с пять по щебёночному грейдеру прямо вдоль ж/д полотна, но вышел на переезд в посёлке Высокая Гора. А дальше покатил по дороге на Арск-Малмыж.

По этой дороге мне приходилось проезжать лет так 8-9 тому назад. Это была одна из первых моих поездок в поисках следов моих предков рода Фахри бабая. Была зима 2008 года и маршрут был такой: Набережные Челны – Мамадыш – Кукмор – деревенька Аш-Бузи -  Арск – посёлок Васильева Бужа – Тюлячи – Мамадыш – Челны. И искал я тогда аул Бузи или Бузай в котором родился мой прадед по материнской линии Гафиатулла Фахретдинов.

Вот перед Арском, слева на пригорке, снова вижу три двухэтажных дома. Они прямо светятся синими крышами. Да, поколесили мы тогда по закоулкам этого селения. И безрезультатно. Уже по возвращении домой стало известно, что искомая нами деревня Бузи – это Бузаево на Свияге в Зеленодольском района.

Асфальтовая лента дороги проглатывается капотом моей машины. Движение не большое, ехать спокойно. То слева, то справа остаются деревеньки, не успеваю запоминать их названия. Метески, Казанбаш, Кутук, Казанка, Ушма. Забираемся на гору, на Балтаси поворот налево, на Норму прямо. Решаю проехать через райцентр, когда ещё попаду сюда. Хоть посмотреть на него. Дорога круто вниз, к реке Шошма, а селение осталось слева.

Повернул в центр и оказался на центральной площади. Магазины и магазинчики, рынок и прочая, прочая. Вид парадный, люди ходят по разноцветной брусчатке, вверх по склону аллея героев с пирамидами зелёных ёлочек, рядом администрация. Я же ищу книжный магазин. Должен же быть такой в райцентре. Подсказали, нашёл магазинчик. Даже два. Но книг по краеведению нет, советуют поискать в столице, в Казани. Вот это да. Ведь я оттуда. Неужели так плохо. Тогда еду в Кариле, тем более, что есть прямая дорога туда.

Выехал на перекрёсток по границе двух селений, дальше спуск к речушке и мост, а деревни уже кончаются. Притормозил почти сразу и свернул в первый попавшийся переулочек с вагончиком-магазином. Думал начать с него. Но выйдя из машины увидел за магазинчиком большое строение и пирамиду памятника среди деревьев. На зелёном щите для объявлений, стоящий прямо за оградой сиротливо белел листок бумаги, на котором красным и зелёным было написано объявление: 

«25 июль.

Кариле авылы Шушма елгасы болынында «Авыл жиены» була.

Башлана 14:00 сагатьтэ.

Рэхим итегез.».

Жаль, что сегодня не 25 июля. Можно было бы посмотреть, как веселится народ в Кариле.  А большое строение оказалось деревенским домом культуры. На дверях висел замок, а пониже расписания часов работы библиотеки белела свежая записка, которая гласила о том, что заведующая библиотекой в отпуске с 3 июля. И тут тоже мимо.

 

Откинул цепочку, запирающую створки воротец, ведущих в сквер, и прошёл к пирамиде памятника. На нижней части пирамиды, в слегка углублённых нишах, выкрашенных яркой голубой краской золотом начертаны имена погибших односельчан. В нише, обращённой в сторону аула Кариле, написаны в три столбца фамилии и имена жителей Кариле. Всего 159 имён. На стороне, обращённой на восток, имена жителей деревни Норма. В этом списке 143 имени. Видимо действительно эти два селения не разделить. Всё у них общее.

 

Но мне надо двигаться дальше. Обходя здание дома культуры с левой стороны, приметил, что около усадьбы, которая расположилась чуть поодаль, работает граблями женщина. Направился к ней, чтобы попытаться поговорить о деревне и людях знающих её историю. Не успел перекинуться с женщиной парой предложений, как из ворот показался мужчина средних лет. Жена моя «килмешэк» - пришлая. Я же сам родом из Кариле. Зовут меня Шамиль. И деды, и прадеды мои жили в этом селении. Вот приехал к вам с целью отыскать следы или потомков моего предка Токтамыша, который выехал из этого селения 250 лет тому назад. Как думаешь, Шамиль, есть ли люд которые смогли бы мне в этом помочь? Есть у нас такой человек, он как деревенский староста – Газим бабай. Давай проедем к нему в Кариле, это на другой стороне дороги. Мы поехали по дороге мимо старинного кладбища, на воротах которого была размещена большая табличка с надписью:

“Бисмилләәһир-рахмәәнир-рахиим,

Бисмилләәһир-рахмәәнир-рахиим.

Балтач районы.

Кариле авылы зияраты.

Авыл 1620 нчеелларда нигезләгән.

Һәр кеше бу дөньяда

кылган гамәлләренең әҗәренә

ахирәтә ирешәчәк.”

И вскоре остановились напротив одного дома. Надо сказать, что дома на этой улице выстроены солидные, настоящие деревенские усадьбы, большие и прсторные. Вот во дворе такого дома и оказались мы. Шамиль спросил у худощавого мужчины: Дома ли Газим бабай? Успел ли вернуться из мечети? Да, он дома. Сейчас позову его. Вскоре показался пожилой, но крепкий старик. Вы кто такой будете? Это был вопрос ко мне. Я постарался доходчиво ответить. А вы из коренных жителей деревни кариле? Да. Меня зовут Газим. Сабиров Газим Сабир улы. Сын поправил отца – Сабиржан малае. Да, правильно, мой отец был Сабиржан. А дедушка был Габдрахман бабай. Газим внимательно выслушал мой вопрос о Токтамыше. Некоторое время поразмышлял молча, а потом изрёк: Тебе надо бы в Казань, в архиве искать ответы на свои вопросы. Понятно. Это правильный ответ. Но получается, что в деревне уже потеряли связь поколений, которая связывает памятью нас с нашими предками.

 

Слегка обескураженные, мы с Шамилем вышли за ворота и он попытался приободрить меня:

- Знаешь, Ильгизар, у нас в деревне есть ещё одна женщина – Гульсум апа. Она интересуется историей деревни и даже хочет выпустить книгу о ней. Давай проедем к ней. Попробуем ещё разок. У неё есть магазин, но время обеденное, может быть застанем Гульсум апа дома. Нам надо будет вернуться в обратную сторону, в деревню Норма.

Что же поедем на поиски Гульсум апа.

 

Мы вернулись на главную дорогу и сосем немного проехав в сторону райцентра, буквально с перекрёстка, свернули налево. Впереди показался большой двухэтажный дом за забором из красного кирпича, у ворот припарковано два или три внедорожника. Оказывается нам сюда. Шамиль открыл калитку и мы прошли в просторный двор. Впечатляет: двор вымощен разноцветной брусчаткой, стриженный газон, клумбы с цветами. Кругом порядок. Поднялись на высокое крыльцо и нажали на кнопку звонка. Вскоре в дверях показалась женщина средних лет с головой покрытой мусульманским платком. Это и была Гульсум апа. Было похоже, что она куда-то собиралась поехать, но выслушав нас приняла решение задержаться. Шамиль, видя, что наш контакт состоялся вежливо удалился.

 

Следом за Гульсум апа я прошел в просторную гостиную и мы устроились на диване. Я, стараясь поподробнее, рассказал о цели своего приезда в деревню. Гульсум апа меня внимательно выслушала и сказала, что надо посмотреть в своих бумагах, можно ли зацепиться за что-нибудь. Мы прошли в соседнюю комнату, где на столе были разложены большие ватманские листы, на которых карандашом были написаны веера каких-то родословных. Перелистав их, Гульсум апа подняла один из них наверх.

- Посмотри-ка вот здесь – это ведь Токтамыш. Не тот ли, которого ты ищешь?

- Похоже, что тот. Вот же его сын Ибрай (1717 года рождения), вот сын Ибрая - Мортаза (1739 года рождения). Сам Токтамыш показан как Токтамыш Утекаев (1679 года рождения). Нет сомнений – это тот самый Токтамыш, который выехал из деревни Нурма Кариле тож и обосновался в деревне принявшей впоследствии название Уруссу. В родословной Див Манкуфа не был показан год рождения Мортазы, а здесь он есть. Здорово!

Родословная начинается с Курбекея (Кутюк), во втором поколении показано пять персон: Шадыбечко, Башбечко (Бикмет), Кадырка (1639 года рождения), Минейко и Заинка. В следующем поколении: у Шадыбечко продолжения нет; у Башбечко показано ещё два поколения (самый младший Хэмида 1762 г.р.); у Кадырка показаны пятеро детей: Маметейка (1659 г.р.), Токтамыш (1679 г.р.), Курмакай Утекаев (1664 г.р.), Муслюмка (1689 г.р.) и Кулшарипка (1694 г.р.). В родословной показаны ещё три поколения, но не у всех персон. Временной промежуток всех ограничен 1762 годом. Позднее никого нет. 

Но здесь уже видны братья Токтамыша, расписаны их потомки, это говорит о том, что они остались проживать в этом селении.

- А на основании чего составлена эта родословная? – задал я вопрос Гульсум апа.

- На основании ревизских сказок. – получил я ответ.

- А можно взглянуть на них?

- Сейчас принесу.

 

Вскоре Гульсум апа возвратилась с несколькими папками в руках. Полистала и открыла мне цветные копии переписных листов одной из первых ревизий. А потом показала перевод этих записей на современной графике.

- Вот показан Токтамыш, которому 65лет, вот Ибрай, которому 27 лет, вот Мортаза, которому всего 5 лет. Показаны, что они убыли из селения в деревню Уруссу. (Только вот год выезда запомнить не удалось.)

- А можно я скопирую эти листочки? – спросил я у Гульсум апа.

- Родословные на ватманских листах можно, а ревизские сказки я пока не могу разрешить. Люди, которые готовят к изданию книгу про историю деревни, до выхода её в свет не разрешают размножать эти документы. Придётся подождать.

- Хорошо, подождём. Только мне тоже хочется рассчитывать на экземпляр этой новой книги.

 

Пока я фотографировал родословные на ватманских листах Гульсум апа внимательно перелистала содержимое моей папки с материалами, касающиеся родословных Давлетьяровых, Див Манкуфа и Кара бека. Похоже на то, что для неё было новостью то, что, по крайней мере составленная ею родословная Курбекея (Кутюка) принадлежит Давлетьяровым из арских или каринских князей. И привязка к родословной Кара бека тоже. Таким образом мы можем объединить наши сведения в одну, более древнюю родословную. Надеюсь, что это радует нас обоих. В нашем разговоре прозвучало одно имя – Кара бай. Может быть это отзвуки в народной памяти имени Кара бека, подумалось мне тогда.

- А ты сможешь сделать для меня копии материалов из твоей папки? – спросила у меня Гульсум апа.

- Конечно. Родословные Див Манкуфа, Давлетьяровых и их копии их книги Марселя Ахметзянова “Татарские шежере” я могу передать прямо сейчас. К  поездке готовился и у меня есть пара экземпляров этих документов. А вот что касается родословной Кара бека и статей про него, то это только по возвращении домой. Обещаю, что вышлю обычным письмом на ваш адрес. Давайте я его запишу. И мобильный телефон тоже.

 

Похоже, что “лёд тронулся, господа присяжные заседатели”.

Гульсум апа пригласила меня за собой и мы по довольно крутой лестнице спустились на цокольный этаж дома. Здесь мы оказались в посторном помещении на стенах которого были размещены, как картины, художественно оформленные родословные. Их было около десятка, больших и поменьше. Большие, в золочёных рамах были выполнены в виде ветвистых деревьев и написаны кистью на холсте. Меньшие были выполнены в виде схем на больших листах бумаги.

- Большие родословные – это родословные мои и моего мужа Мулланура Миннебаева. Он родом из Аксубаевского района Татарстана. Не удивляйтесь, что их несколько. Одна по линии моей мамы Махижамал, другая по линии моего отца Эдхэма, третье по линии моего дедушки Мифтахетдина, отца моей мамы, четвёртое по линии бабушки Махмузы, мамы моего отца. Такие же родословные составлены и по линии моего мужа.

- Какая огромная работа проделана. А кто выписывал эти родословные?

- У нас в деревне есть художник. Это его работа. А схемы для них составляла я сама.

- Сколько же времени было потрачено на поиск и изучение архивных документов? Наверное не один год.

-Да. Мы с мужем занимаемся этим вот уже лет 15 пожалуй. Пришлось поработать в разных архивах: Казанском, Кировском, Московском. Вместе со специалистами выезжали в поездки на несколько дней. Много было всего.

 

Гульсум апа любезно разрешила мне сфотографировать несколько родословных, касающихся её линии. Приведу их по центральной линии.

 

1. Бикчура – Ирмек (1693) - Абдрахман (1749) + Хәлимә (1756) – Ибрай (1778) + Сафия (1794) – Мөхәммәтшәриф (1816) + Шәмсениса (1822) – Исмәгыйл (1849) – Гайшә (1884) + Мифтахетдин (1877) – Маһиҗамал (1927) + Әдһәм (1921) – Гөлсем (1952) + Мулланур (1954).

 

2. Бикмин Биккенин (1740) – Бикбай (1779) – Музаффар (1809) + Сәрвизямал Фатхуллина (1823) – Мухаммедситдик (1830) – Нәфисҗамал + Галимулла – Мәхмүзә + Рәхимҗан – Әдһәм + Маһиҗамал – Гөлсем + Мулланур.

 

3. Ишәй – Сарманай – Бикмөхәммәт (1652) – Йосыф (1710) + Рәхимә (1702) – Әбкәрим (1741-1831) + Зәлифә – Хәмит (1758) + Гөлгизәр – Бигәш (1800) + Зәйнәп – Фәхертдин (1828) + Гәфифә – Мифтахетдин (1877) + Гәйшә – Маһиҗамал (1927) + Әдһәм – Гөлсем + Мулланур.

 

4. Аптыкши – Абдулваһап (1767-1822) – Исхак (1799) + Шегыда (1790) + Гөлзифа (1813) – Галимулла (1848) + Нәфисҗамал – Мәхмүзә + Рәхимҗан – Әдһәм (1921) + Маһиҗамал (1921) – Гөлсем (1952) + Мулланур (1952).

 

Наверное пришло время познакомить вас с Гульсум апа. Эти данные я нашёл в свободном доступе в интернете.

Миннебаева Гульсум Эдхэмовна родилась в 1952 году в деревне Кариле. Она одной из первых в районе побывала во всесоюзном пионерском лагере Артек. Это было в 1966 году. С 1972 года начала преподавать математику в школе деревни Норма, где проработала 25 лет. Последняя должность - завуч по воспитательной работе. Заслуженный учитель Республики Татарстан. Сейчас является предпринимателем. Вместе с мужем Муллануром выполняют большую благотворительную работу. Вот и сегодня они накрывают стол в мечети к вечернему намазу. Человек на 150. Поэтому все в хлопотах.

 

Гульсум апа пригласила меня на кухню и накормила обедом. Сама же извинилась и покинула дом. Дела. Мы немного поговорили с Муллануром. Да, у нас хозяйство, есть и лошади и пчёлы. Вот попробуй конский казалык – своё производство. И мёдок свежий свой. Отведал колбасу – во рту тает. Сразу вспомнилось, как был в гостях у Фарида Набиуллина в посёлке Карабаш бугульминского района. Он тоже предприниматель, кроме всего прочего занимается разведением татарских лошадей. Недалеко от посёлка у него есть ферма. Делает кумыс и угощает гостей. Так вот Фарид угостил меня солёным конским салом. Тоже, я тебе скажу, изысканное лакомство.

 

Вообще, дом Миннибаевых мне очень понравился. Живой дом. Во время наших бесед на глаза появлялись и дети и внуки, не мешая нам, здоровались и снова исчезали. Хорошо что они вместе. Хотя это может быть и просто - собрались в родительский дом в выходной. Но всё равно – это прекрасно.

 

Ну а мне пора. Не сомневаюсь, что нам предстоит ещё не одна встреча. Обмен сведениями и другие дела. Надеюсь с помощью Гульсум апа найти современников, которые имеют со мной одних предков и которым интересна история нашего рода Давлетьяровых.

 

Уже прощаясь, поделился с Муллануром своим намерением проехать сегодня в деревню Бурнак, благо до неё осталось совсем немного и получил совет  как удобнее добраться до неё:

- Выйдешь на главную дорогу и спустишься к речке, сразу после моста, на перекрёстке, поворачивай налево, а дальше дорога сама тебя приведёт. Впереди будет деревня Салаусь, а потом Янгулово. В Янгулово и повернёшь на Бурнак, его сразу будет видно.Тут недалеко.

- Спасибо за совет. Исәнлек-саулык сезгә, уңышлар телим.

 

Вот за окнами машины осталась деревня Салаусь, вот уже и Янгулово проезжаю. Удивляет вид здешних деревень. Солидные, добротные дома. Много новостроек. Яркие краски крыш и оград усадеб. Всё говорит о том, что здесь живут трудолюбивые люди. Очевидно и возможности для такой жизни имеются или они сами создают их.

 

Вообще, уже возвратясь домой и сидя над клавишами своего компьютера, внимательно рассматривая на карте эти места, обратил внимание на названия здешних селений: Салаусь, Сосна, Кушкет, Тюнтер, Тарлау. Как много ассоциаций возникает в моей голове. Салаусь и Салауш. Последнее селение тесно связано с историей каринских татар. А не здесь ли его корни? Сосна, Кушкет, Тюнтер известны своими знаменитыми медресе. Историю родной деревни Тюнтер и её людей глубоко изучил Рафхат Зарипов – увлечённый краевед. С его работой я познакомился через интернет. Тарлау – это же название моей родной деревни Тарловка, что на самом берегу реки Кама напротив Нового города Набережных Челнов. Понятно, что время и русский язык несколько изменили это название. Но может быть исторически они связаны. Я уже докопался до того, что моя родная Тарловка была основана в самом начале 19-го века переселенцами из деревни Большая Тарловка, что расположена чуть севернее древней Елабуги. Историки пришли к такому выводу, что на месте этого русского села был когда то татарский аул. Очевидно в годы, когда окрестности Елабуги заселялись русскими переселенцами, а это могло произойти в 17 веке, татарскому населению пришлось покинуть это селение Тарловка (тогда оно скорее всего называлось Тарлау) и их место заняли русские люди. Но название селения сохранилось, хотя и несколько видоизменилось. Могли ли быть связаны исторически эти две деревни Тарлау, одна в Балтасинском района, другая в современном Елабужском. Думаю, что могли. Конечно пока это только мои фантазии. Но что интересно – совсем недалеко от деревни Старые Уруссу тоже есть деревушка Тарлау. А это тоже район, куда переселились потомки каринских татар. Тут есть над чем подумать.

 

Но, пожалуй, пора возвратиться в Янгулово. Деревенская улица, по которой едет моя машина, довольно резко взяла налево и по мосту пересекла безымянную речушку. Следом, на подъеме, небольшой перекрёсточек, с которого слева, за зелёной луговиной, просматривается селение на холме. Видимо это и есть Бурнак.

 

Дорогу, ведущую в это селение, довольно хорошо потрепала жизнь. Еду не спеша, старательно объезжая ямки. Навстречу стайка деревенских детишек на велосипедах, а за мостом утонуло в зелени деревьев селение Бурнак. Я не ошибся. Справа осталась одна улица, отсыпанная свежим щебнем, я же проехал налево и от старого колхозного машинного парка взял снова налево. Вот это похоже главная улица села. Припарковал машину у магазинчика и зашёл спросить про Хусаиновых в этой деревне. Продавщица магазина в этот дождливый день явно была рада любому посетителю. Но вот про Хусаиновых не смогла ничего сказать. А кто мог бы знать побольше? Попробуй встретиться с Гадиля апа Насибуллиной, если кто и знает, то только она. Найти её просто,  дом Газили апа сразу после мечети.

 

Проехав по улице метров с триста я увидел справа мечеть на пригорке. Значит здесь. Следующий дом должен быть Гадили апа. Через калитку вошёл в обширный сад, в глубине которого возвышался дом. Вошёл на высокое крыльцо, дверь не закрыта. Исэн ме сез! Есть кто дома? Навстречу мне вышла старенькая женщина.

- Гадиля апа – это я. Хусаиновы говоришь. Галлям, 1885 года рождения. Нет, не слышала про такого. Да ведь это было так давно. Я только в 1939 году родилась.

- А есть ли в деревне Хусаиновы?

- Сейчас уже нет. Раньше вроде были. Постой-ка. Ведь моя одноклассница Фирдэусэ Хусаинова была в девичестве. Это сейчас она Гарафетдинова по мужу. У неё ещё сестра была Альфира, а про других Хусаиновых не знаю. Попробуй повидаться с Фирдэусэ. Они живут на нижней улице, это около моста, в самом её конце.

 

Направился снова к началу села, а по пути не смог проехать мимо памятника погибшим воинам. Серебристая фигура сидящего воина с непокрытой головой и автоматом между колен. Он сидит в задумчивости на полянке среди белоснежных берёзок. Рядом голубая стена с фамилиями односельчан отдавших свою жизнь в боях с фашистами в войне 1941-1945 годов. 206 имён начертаны в скорбном списке. Как много для такого небольшого селния. Как и в Норме много одинаковых фамилий. Но среди них не увидел фамилии Хусаинов.

 

Свернул с дороги на улицу, посыпанную свежим щебнем, и проехал почти до самого её конца. Вернее доехал до самого конца, чтобы развернуться на крутом берегу реки Шошма. Уже разворачиваясь, увидел на улице невысокую женскую фигуру, которая внимательно наблюдала над моими кренделями на небольшом пятачке. Когда подъехал к тому дому,то на улице уже никого не было. Однако ворота во двор были распахнуты, а из-за дверей гаража доносилось постукивание молотка.

- Исэн ме сез! Гарафетдиновы здесь живут?

- Да здесь. А что привело вас к нам. Давай-ка пройдём в дом, негоже стоять под дождём.

Оказалось, что женская фигура, которую яувидел на улице, принадлежала супруге Гарафетдинова Фагиза – Фирдэусэ апа.

- Я смотрю, какая-то чужая машина заехала на нашу улицу.

- Вы Хусаинова? А вот про Галляма Хусаинова не слышали? Правда его семья покинула Бурнак очень давно, лет сто тому назад.

- Нет не слышала. Мой отец был Хусаин. А маму звали Гатифа, она была 1908 года рождения. Он пропал без вести на войне. У Хусаина был брат Касым, и он тоже не вернулся с войны.

Посмотрел на свежих снимках своего фотоаппарата и нашёл Хафазовых.

Хәфәзов Касыйм.

Хәфәзов Хөсәен.

Хәфәзов Рәхимҗан.

Уже дома я посмотрел данные на Хусаина в ОБД “Мемориал”: Хафазов Хусаин Хафазович, красноармеец, стрелок, беспартийный, 1905 года рождения, родился в ТАССР Ципьинский район, деревня Бурнак, призван Ципьинским РВК 10.03.1942 года, можно считать пропавшим без вести в сентябре 1943 года. Жена Хафазова Гатифа Хафазовна проживает в деревне Бурнак Ципьинского арйона ТАССР.

Хотя и не сразу, но нашёл сведения и про его брата Касима. Оказалось, что записан он под фамилией Хафизов:

Хафизов Касим, гвардии рядовой, стрелок, беспартийный, 1908 года рождения, из Щепинского района ТАССР, призван Кизеловским РВК Молотовской области, пропал без вести 06.01.1945 года. Венгрия, варм. Комаром-Эстергом, с. Лабатлан, в районе. Жена Хафизова Лена проживает в деревне Бурнак Щепинского района ТАССР.

 

Но это не совсем то, чего искал я. Хусаин,следы которого я ищу, должен был родиться намного раньше. Если сын его Галлям родился в 1885 году, то Хусаин должен быть лет на 25 постарше – примерно 1860 года рождения. Вполне возможно, что в Бурнаке и сейчас живут потомки того Хусаина, но они уже под другой фамилией, производной от имени брата Галляма, если был такой. Или потомки сестры. Но похоже, что здесь без архивных поисков не разобраться.

 

Пока я сидел и в моей голове крутились такие мысли прозвучал телефонный звонок, которому я не придал значения. Трубку подняла Фирдэусэ апа, послушала и передала её мне: С тобой хотят поговорить. Это Гадиля апа.

- Ильгизар. Это я. Я вспомнила что Хусаиновы есть в деревне Бурбаш. Это не так далеко от нашей деревни, километров 15.

- Спасибо за подсказку, Гадиля апа.

 

Ну что же, мне пора. А чаю попить? Вопросительно посмотрела на меня Фирдэусэ апа.

- Спасибо. Меня уже хорошо напоили в деревне Норма. Я познакомился там с Гульсум апа Миннебаевой. Да и торопиться надо. В Казани меня наверное уже потеряли.

- Знаю про такую женщину. Хороший она человек. Многим помогает. Ну тогда лёгкой тебе дороги.

 

И вот снова серая лента асфальтовой дороги летит под колёсами моей машины. Обратная дорога всегда короче, это замечено мною уже не раз. К моему возвращению в Ореховку и женщины тоже уже нагулялись по казанским магазинам. Всё хорошо. А в голове моей радостные мысли: Нашёл, нашёл. Какая удача. Многое ещё предстоит разобрать и осмыслить, но эта работа мне в радость. Аллага шокер, что есть такие люди, как Гульсум апа из деревни Норма из под Балтасей.

 

                           Свои впечатления записал Ахмедов Ильгизар.

                                         Город Набередные Челны.

                                                  24.07.2015.

 

P.S. Своё обещание Гульсум апа Миннебаевой выслать материалы касающиеся родословной Кара-бека постарался выполнить не затягивая. Собралась довольно толстая стопочка печатных листов, которые отправил письмом в деревню Норма. Дней 10 прошло в ожидании ответа и вот вчера, 27 июля, вечером мне позвонила Гульсум апа и у нас с ней состоялся хороший телефонный разговор.

Во-первых, она сообщила, что получила высланные материалы и очень благодарна за это. Сожалела, что наша первая встреча прошла в такой суматошный день и была очень короткой.

Во-вторых, поинтересовалась, где мне удалось отыскать родословную Чепецких татар, которую составил Касимов Гильман Гусманович. Я нашёл эту родословную через интернет. Она размещена в свободном доступе на сайте городской библиотеки имени А. Грина города Слободской Кировской области под заголовком «Серебряные булгары».

 

От Гульсум апа прозвучал ещё вопрос: Не знаете, возможно ли связаться с Касимовым Гильманом? На что я ответил, что, скорее всего, его уже нет в живых. Ведь он родился в 1932 году, а родословную составлял в 90-х годах прошлого столетия.

 

Знаешь, Ильгизар, а ведь Карабай и наш предок. По линии моей мамы Махижамал. Её род в деревне так и называют – «карабай». И потом: это самое кировское Карино и наше Карелино (Кариле) – они ведь как одно название, так похожи. Наверняка они связаны между собой исторически.

 

Я задал Гульсум апа встречный вопрос: Кто занимается выпуском книги о деревне Кариле и когда примерно она увидит свет? Все материалы я передала нашему писателю Мухаметшину Гарифзяну Садыковичу и он занимается выпуском книги. Гарифзян абый бывший учитель, много лет работал в администрации района, поэт, автор текстов многих песен, например песни «Керим эле урманнарга». Недавно вышедшая из печати книга «Балтачевская энциклопедия» - это тоже его работа. Осенью ему исполнится 74 года и как любому творческому человеку нельзя диктовать какие-то условия. Получится как получится. Будем с нетерпением ожидать.

 

А ещё меня очень интересовал вопрос: Есть ли в деревнях Норма и Кариле в настоящее время потомки наших предков Давлетьяровых? Можно ли проследить родословные веточки братьев Токтамыша Утекова?

- В своих поисках мы побывали во многих архивах, московском, казанском, кировском, подняли ревизские сказки всех 10 переписей по нашей деревне. Только вот после последней ревизии в 1858 года до 40-х годов 20-го века получился разрыв. А есть ли какие-то другие документы освещающие периоды до и после ревизий?

- До ревизий материалы переписей заносились в Ландратские книги, они есть только в Москве, в РГАДА. А после 1858 года до революции 1917 года были проведены, по крайней мере, две переписи населения, материалы которых отложились в архивах. Это переписи 1900 и 1917 года. И материалы этих переписей есть в казанском архиве НАРТ. Карточки подворных переписей по деревням Уруссу и Кзыл-Яр я видел сам и есть список домовладельцев. А ещё в январе этого года в НАРТ мне выдали архивную справку о том, что отец моей бабушки Каримы Исмагил Мухаметшевич Давлетьяров умер в 1896 году в возрасте 52 лет, а его отцом был Мухаметша Мухаметаминович. Этого хватило, чтобы привязаться к родословной Давлетьяровых и Карабая, Кара-бека.

- Интересно. А мне про это в казанском архиве ничего не говорили.

- А сейчас там, в читальном зале, сидит такая девушка, которая ничего не может объяснить или подсказать. Вот раньше там работала Ляля Жэудатовна. Вот это был настоящий специалист. Она мне всё по полочкам разложила, что есть по тем деревням и где это искать.

-Да, я знаю Лялю, но она сейчас уже на отдыхе. А про её сменщицу от многих слышала нелестные отзывы. Видимо она чья-то дочка и просто место занимает. А про твой вопрос отвечу так: Наверняка такие люди есть, но в этом просто надо разбираться, сопоставлять, анализировать. Сейчас, летом, не получается спокойно посидеть, поработать. Зимой времени бывает побольше. Посмотрим, что можно сделать.

 

- Спасибо, Гульсум апа за звонок и интересный разговор. Иншалла, встретимся ещё и поговорим вволю. Обсудим всё. Сау былыгыз.

- Спасибо тебе, Ильгизар, тебя к нам сам Аллах направил. Как вовремя ты появился. Сау бул.

 

28.07.2015.